f9e780e3   

Зорич Александр - Свод Равновесия 04



АЛЕКСАНДР ЗОРИЧ
СВЕТЛОЕ ВРЕМЯ НОЧИ (СВОД РАВНОВЕСИЯ – 3)
ГЛАВА 1. ЗВЕРДА ЗНАЕТ ВСЕ НА СВЕТЕ
"Могуч и прекрасен варанский лес! Привольно здесь и охотнику, и рыбаку, и
детям."
Из "Засапожной книжечки" Валиена окс Ингура
1
Человек, которого Овель знала под именем Лагхи Коалары и который по
ее мнению приходился ей законным мужем, а Своду Равновесия — законным гнорром,
был сейчас похож на теленка, потерявшего свою мамку.
Овель исс Тамай, утонченная аристократка, никогда в жизни не видела
живого теленка. Но крупному рогатому скоту и его умильным повадкам было
посвящено значительное место в недавно увидевшем свет романе "Эр окс Эрр и
грюты". А потому сравнение с теленком было первым, что пришло ей в голову,
когда в комнату ворвался высокий молодой мужчина небесной красоты.
Лараф окс Гашалла, он же с недавних пор — гнорр Свода Равновесия,
обладатель тела Лагхи Коалары — уже успел преодолеть первый, пожирающий
сознание ужас. Книга, его подруга, поставившая заурядного провинциального
лодыря над всеми магами Варана, потеряна. Скорее всего — похищена. "Но мы еще
посмотрим кто кого", — зловеще пришептывал внутри Ларафа какой-то новый голос.
Теперь Лараф искал не "Семь Стоп Ледовоокого". Он понимал: продолжать
поиски подруги в прежней лихорадочной манере бессмысленно.
Лараф искал другую книгу. Какую? Этого-то он как раз решить и не мог.
Он вообще плохо отдавал себе отчет в своих действиях. Лараф не
понимал даже толком, как и почему его занесло именно во дворец, на Буковую
Горку, а не к начальнику охраны здания Свода или в Дом Внутренней Службы. Ведь,
следуя элементарной логике, книгу следовало бы в первую очередь поставить на
розыск.
Овель некоторое время наблюдала за метаниями своего супруга. "Он что,
как-то пронюхал о моей встрече с..."
"С Эгином", — подразумевала для самой себя Овель, но даже отчетливо
промыслить это она страшилась. Никто не знал истинных границ могущества гнорра
Свода Равновесия. Многие полагали, что гнорру по силам читать мысли. Особенно —
столь незатейливые.
"Но тогда следовало бы вести себя иначе", — обтекаемо подумала Овель,
разумея, что в этом случае Лагха был бы зол, собран и, наверное, убил бы ее на
месте. Или, наоборот, немедленно потребовал бы телесной близости.
— Милостивый гиазир, извольте обратить на меня внимание, — проворчала
Овель, когда ей наскучила издерганная суета Лагхи, который торопливо перебирал
книги в резном шкафчике. Гнорр извлекал очередную жертву, быстро осматривал ее
оклад, взвешивал книгу на ладони, а после досадливо морщился и швырял себе под
ноги.
— А? Здравствуйте, Овель. День сегодня препаршивый, не правда ли?
— Я бы так не сказала. По крайней мере, сегодня солнечно. Не
соблаговолите ли объяснить, что с вами, милостивый гиазир? Отчего вы отправили
на пол мои любимые книги?
Все свои скромные запасы любезности Лараф истратил на "здравствуйте
Овель". Поэтому он не сдержался:
— Это вы называете книгами!? Да даже у нас в...
Лараф осекся и наподдал носком сапога по куче авантюрных романов,
которая успела скопиться на полу. "...В Казенном Посаде таких было, как грязи",
— вот, о чем он промолчал.
"Роковая любовь князя Шаатты" завершила свой путь по воздуху и
упокоилась у противоположной стены. Фальшивый карбункул, которым была украшена
серебряная оковка корешка, выскочил из своего гнезда и покатился обратно к
гнорру, легонько постукивая.
— В задницу такие книги, вот что я вам скажу! — худо-бедно достроил
фразу Лараф.
Овель поймала себя на странной



Назад