f9e780e3   

Злотников Роман - Армагеддон



sf_epic Роман Злотников Армагеддон Империя очень быстро поднимается. Вместо того чтобы развивать свои традиционные сырьевые отрасли, Россия делает скачок в высоких технологиях и постепенно заполняет мировой рынок своими товарами, вытесняя западные страны. В мире зреет недовольство. «Нет, надо поставить этих зарвавшихся русских на место» — так думают на Западе. «У этих русских слишком большая территория, а нам тесно», — думают на Востоке.
И те, и другие не подозревают, что такое армия Русской Империи, и с легкой душой начинают войну.
Никто, кроме немногочисленной группы людей, не знает, что все происходящее — эксперимент, имеющий целью объединить человечество и вывести его в Космос. Одним из этапов этого эксперимента становится «ядерная зима».
ru ru Сергей Соколов Renar renar@beep.ru EditPad Pro, FTools, ClearTXT 2002-12-15 OCR Biblionet & SpellCheck WayFinder 8761BDAD-9F58-493A-ADD3-25C1BA891EB0 1.1 v 1.0 — создание fb2 Renar
v 1.1 — дополнительное форматирование OCR Альдебаран
Армагеддон Альфа-книга Москва 2002 5-93556-237-5 Роман Злотников
Армагеддон
ПРОЛОГ
Денек был хорош. Яркий, солнечный, умытый небольшим ночным дождиком, он сверкал, словно начищенный петровский пятак, заставив пенсионеров, составлявших основную массу пассажиров этой утренней электрички, забыть о проблемах, безденежье, старческих болячках, повытаскивать на свет божий заботливо укутанные по осени в старые тряпки лопаты, грабли и тяпки и, подобно леммингам во время их странных кочевок, устремиться толпой на штурм электричек. Вот толпа выплеснулась на перрон и торопливо двинулась к автобусным остановкам, по пути смешавшись с теми, кто по утреннему холодку спешил к привокзальному рынку, вольготно раскинувшемуся на специально огороженной территории, своевольно выплеснувшемуся на ступеньки подземного перехода и даже протянувшему свои щупальца к самым автобусным остановкам.
Высокий подтянутый майор с эмблемами горного Грелка, неторопливо двигавшийся в толпе, вдруг остановился и замер, не отрывая глаз от безногого мужика, сидевшего на грязноватом половичке с полузакрытыми глазами и тихонько, с надрывом, тянувшего: «И на рассвете вперед уходит рота солдат...», неумело подыгрывая себе на гитаре. Несколько мгновений офицер вглядывался в лицо, искривленное страдальческой гримасой, затем шагнул вперед и негромко позвал:
— Григорий? Изгаршин?
Безногий вздрогнул, его лицо мертвенно побледнело, он медленно открыл глаза:
— Командир?..
Майор присел на корточки, снял фуражку и пригладил волосы.
— Вот, значит, как...
Безногий сглотнул. Несколько мгновений они оба молчали, и это молчание да еще разительный контраст между чисто выбритым, лощеным офицером и заросшим щетиной, каким-то замызганным, опустившимся инвалидом — при том, что они тем не менее явно были одно, — как бы обособило их от многолюдного потока, отделило напрочь от весеннего тепла и суеты выходного дня.
— Давно ты так?
Безногий скривил губы в непонятно что обозначавшей тоскливой гримасе.
— У тебя есть квартира? Пенсия? Безногий хмыкнул. Майор покачал головой и поднялся на ноги.
— Вот что, Григорий, пожалуй, нам стоит пообщаться поближе.
На небритых щеках безногого заиграли желваки.
— Нет, командир, не о чем нам разговаривать. Да и как? Половичка мне одному мало, да и не сядешь ты на него, а туда, где ты сядешь, меня не пустят.

Да и ползти долго, мне еще... день отработать надо. — Инвалид скрипнул зубами. — Разошлись наши дорожки, и теперь уж навсегда...
Майор криво усмехнулся, безногий замер. Когда его взводный, на по



Назад