f9e780e3   

Зиновьев Александр - Иди На Голгофу



АЛЕКСАНДР ЗИНОВЬЕВ
ИДИ НА ГОЛГОФУ
Еще в ранней юности я обнаружил для себя, что реальный коммунистический
строй в России во многом не соответствовал прекрасному коммунистическому
идеалу. Вместе с тем всякое иное общественное устройство для меня было
неприемлемо. Как жить с такими умонастроениями? Я сказал себе тогда (это был
1939 год), что идеальное общество, которое удовлетворило бы меня полностью,
никогда не существовало и не будет существовать. Я решил, что важно не столько
то, каким является данное мне общество, сколько то, каким должен стать я сам в
условиях этого общества согласно моим представлениям об идеальном человеке.
Такая задача казалась мне осуществимой. Но осуществимой ценой жертв и
страданий, что меня не пугало, а, наоборот, делало жизнь осмысленной. Я
отбросил всякие намерения насчет преобразований общества и начал делать
эксперимент над самим собою - создавать идеальное общество из одного человека,
то есть из самого себя. Постепенно я выработал свою систему правил поведения,
позволявшую мне сохраниться и развиться в качестве автономной личности в
условиях советского (коммунистического) общества. Делал я это исключительно
для себя, не помышляя о предании гласности своих идей.
Но судьба моя сложилась так, что в возрасте уже за пятьдесят лет (в 1974
году) я обратился к писательской деятельности. Естественно, многое из того,
что я обдумывал и изобретал для личного пользования, стало появляться на
страницах моих книг в форме высказываний моих литературных персонажей, причем
порою в юмористическом виде. Было бы ошибочно отождествлять меня с героями
моих книг. Но некоторые из них в той или иной мере выражали и мои жизненные
принципы. Таким, в частности, является главный герой этой книги, Иван Лаптев.
Иван Лаптев принимает коммунистическое общество как данность, как явление
природы. Это не значит, что он доволен им. Наоборот, оно вызывает у него
отвращение. Но он не хочет его реформировать или уничтожать. Он считает, что
любое другое общественное устройство еще хуже его, а всякие попытки его
улучшить могут привести лишь к ухудшениям. Он решает изобрести свое
религиозное учение ("учение о житии"), благодаря которому человек смог бы жить
достойным образом в данном обществе. Говоря его словами, он хотел научить
людей, как стать святыми без отрыва от греховного процесса жизни. Я как автор
вовсе не призываю читателя следовать примеру и советам Лаптева. Я описал его и
его учение как одну из возможных жизненных позиций. Более того, я старался
показать, что такой путь не всякому по силам, что это путь страданий - путь на
Голгофу.
Я закончил эту книгу уже к началу 1982 года. Просмотрев ее сейчас, я,
однако, не нашел в ней ничего такого, что мне захотелось бы изменить.
Наоборот, наблюдая события в сегодняшней России, я все более убеждаюсь в
правильности избранной мною еще в 1939 году жизненной установки: время великих
социально-политических идеалов прошло, пришло время их разрушения, извращения,
оплевывания, опошления. Мне это не подходит. Человечество вновь отброшено к
самым основам бытия. Мы находимся в самом начале нового цикла истории. Вновь
предстоит многовековая борьба за "земной рай" (за "царство божие"). И начинать
ее, хотим мы этого или нет, придется с самого фундамента - с преобразования
самих себя в соответствии с идеалами такого рода, которые пытался изобрести
"русский Бог" Иван Лаптев.
А. Зиновьев
Мюнхен, 15 августа 1990 года.
ВЫНУЖДЕННОЕ ПРЕДИСЛОВИЕ
Эта книга была закончен



Назад